все поля обязательны для заполнения!


 
СИМВОЛ РЕЖИМА
ГЕРХАРД ВАГНЕР
публицист (Берлин)

К 75-летию выхода в свет и 30-летию экранизации, немецкое левое издание "Die Junge Welt" опубликовало статью, в которой ставит проблемы  личной ответственности, искушения властью и конформизмом в авторитарном обществе. Публикуя  перевод этой статьи, редакция "Социалиста"  надеется на отклик своих читателей на поставленные проблемы. 

«Роман об одной карьере», именно так в подзаголовке назвал Клаус Манн свой роман, изданный амстердамским издательством «Куеридо» 75 лет назад, в октябре 1936 года. Теперь же уместно говорить о «карьере романа», о захватывающей истории издания и экранизации. Она начинается с письма с предложением от Германна Кестена в октябре 1935 года: «Вы должны написать роман о карьеристе гомосексуалисте из Третьего Рейха. Мне кажется такая тематика вам по плечу …». Роман вышел с посвящением блестящей исполнительнице Брехта легендарной актрисе Терезе Гизе, дружившей с Эрикой (старшая сестра Клауса – прим. ред.) и Клаусом Маннами.

Многоголосое Эхо

Начавшаяся поздней осенью 1936 история критики и интерпретации романа «Мефисто», богата самыми различными оценками. Вот некоторые примеры: отец Клауса, Томас Манн видел в этом романе захватывающую историю «дьявольского рецепта». Для Курта Гиллера «Мефисто» был «написан исходя из великих убеждений и удался на славу». Стефан Цвейг видел в нем эпос, который «описывает напряженное и преходящее время». А Балдер Олден прочитал его как «выдающийся памфлет в виде романа».

В этих оценках отражается  многогранность произведения Клауса Манна: это и общественный, и мировоззренческий, и символический и художественный роман. Он описывает и обобщённую фабулу о карьеристе и многие частные судьбы. В нем присутствуют документальные и журналистские черты, он близок к жанру репортажа, эссе и обыденной речи. «Мефисто» показывает отношение Клауса Манна, как к культуре «национал- социализма» в целом, так и к частному политическому поведению на одном известном и конкретном примере. Ведь в итоге, «Мефисто» - символизирует «попытку сплочения», – так звучит программный заголовок, созданной Манном газеты (1933-1935), - всех антифашистских сил вокруг независимого объединения людей искусства и политики. Как же продолжается история интерпретации романа «Мефисто» после второй мировой войны?

Издательская одиссея

В 1948 году, за год до самоубийства в Каннах, Клаус Манн договаривается с Георгом Якоби, который хочет издать роман в мюнхенском издательстве «Лангеншайд». Но в 1949 писатель отказывается от своей идеи в связи со своей театральной карьерой в Дюссельдорфе и Гамбурге, а так же из-за шумихи в прессе. Эрика Манн проводит переговоры в частности и с Самуелем Фишером во Франкфурте-на-Майне, но потом передает права на книгу Германской Демократической Республике. Берлинское издательство «Ауфбау» публикует роман в 1956 году, часть тиража которого распространяется и в Западной Германии.
В 1963 году в Мюнхене, издательство «Нюмфенбергер» начинает издавать собрание сочинений Клауса Манна, первым томом которого являлся роман «Александр» 1930 года, в котором уже содержались некоторые идеи «Мефисто». Но против этого выступил приемный сын и единственный наследник Густава Грюндгенса; после того как земельный суд Гамбурга в 1965 отклонил жалобу, Ганзейский суд следующей инстанции в 1966 году запрещает распространение романа. Суд признает, что «Мефисто» является романом-пасквилем о Грюндгенсе. Далее в судебных документах значится, что немецкое общество не заинтересованно в «получении фальшивого образа театральных отношений в 1933 году, описанных эмигрантом». Это так называемое «решение «Мефисто», заинтересует в 1971 и в 1985 Верховный конституционный суд, которому постоянно приходится заниматься разграничением «искусства и не-исскуства», так же как и «коллизиями свободы искусства и уголовным кодексом».

Тем временем, в 1975 году выходит французское издание романа в «Деноель» в Париже с предисловием Мишеля Турниера, а в 1977 - североамериканское издание «Рандом Хаус» в Нью-Йорке.
В 1980 году создается первая незаконная перепечатка в Западной Германии, в этом же году по инициативе издательства «Ровольт» в пригороде Гамбурга Райнбек выходит первое официальное издание романа в ФРГ. В декабре 1980 года, без какой-либо предварительной информации, в ходе одной очень смелой акции и обходными путями издание было выпущено: книги в замаскированной упаковке переправили в типографию в Дании, а оттуда обратно в ФРГ, в книжные магазины. Таким образом, было предотвращено новое судебное разбирательство. В марте 1981 года было продано 30 000 экземпляров. В 2005 было выпущено десятое издание книги.

Карьера одного фильма

В 1971 году берлинская фирма «Манфред-Дурниок-Фильмпродуктион» (Западный Берлин) приобрела права на экранизацию. Вначале обдумывалась совместная работа с первым и вторым каналом немецкого телевидения. Но оба канала отказались. После этого Манфред Дурниок пытался сотрудничать с австрийскими и венгерскими студиями, а так же с объединением «ДЕФА». Таким образом, проект продвигался очень медленно, скорее всего, именно из-за финансовых проблем. В конце концов, он был реализован благодаря будапештской фирме «Мафильм» и «Дурниок-Продуктион». Режиссером был Иштван Сабо, который прославился благодаря своим фильмам «Легенда Будапешта» (1977) и «Комната без выхода» (1979). В фильме снялись многие артисты ГДР, такие как: Рольф Хоппе из «Государственного театра» в Дрездене, в роли генерала, Карин Бойд из «Народной сцены» Берлина, в роли чернокожей танцовщицы, Христиан Грасхоф из «Немецкого театра», в роли Цезаря фон Мука и Мартин Гелльберг, в роли интенданта театра Макса Райнхардта. Сценарий написали авторы из ГДР Вера и Клаус Кюхенмайстер, два бывших ученика Брехта, которые в частности написали сценарии для фильмов «Они называли его Амиго» (1959), «Приключения Вернера Гольта» (1965; по роману Дитера Нольса) и «Красная капелла» (1971; об истории группы сопротивления Гарро-Шульце-Бойзен и Арвида Гарнака).

В 1981 году фильм был готов. С сентября он шел в кинотеатрах. Он выиграл два приза на Каннском фестивале и 1982 получил премию «Оскар» как лучший иностранный фильм. Что же делает его особенным?
Другой стиль повествования
Восемьдесят лет назад в статье «Процесc о трех грошах. Социологический эксперимент» 1931 года, Бертольд Брехт обобщил опыт работы с индустрией кино. На примере правового спора за экранизацию, созданной совместно с Куртом Вайлем и в 1928 году поставленной «Трехгрошовой оперы», Брехт отметил основную закономерность развития исскуств с начала века: «Тот, кто видел фильм, по-другому читает рассказ. Но тот, кто пишет рассказы, в свою очередь уже видел фильм».

Очевидно, что так же обстоит дело и с романом Клауса Манна: вся мощь фильма, несомненно, оказывает влияние на прочтение романа. В том числе и смысловые акценты и трансформации в фильме: изменяющиеся дистанции и перспективы, ритмический монтаж статичного и движущегося плана, сценически-игровое оформление с мимикой, жестикуляцией и окраской голосов; разнообразие форм речи, таких как монологи и диалоги, голос «размышлений» и голос рассказчика; восприятие времени.

К этому всему добавляется вмешательство драматургии - режиссерские находки и купюры. Например, богатый исторический ансамбль фигур, созданных Клаусом Манном в «Эпилоге» своего романа, в фильме сильно урезан. Фигура скульптора, которую Хёфген награждает высокопарной приветственной речью, в романе отсутствует. Эротическая сцена репетиции танца с участием Хёфгена и его чернокожей возлюбленной в романе тоже нет. В романе именно Хёфген избавляется от танцовщицы, а в фильме её депортирует Гестапо. И, наконец, в фильме добавлена сцена, в которой действие происходит на берлинском олимпийском стадионе, символизирующая эстетическое покорение и захват городского пространства фашистской культурой, которая одновременно намекает на «купола света» Альберта Шпеера. Из концовки романа в сценарий взята лишь фраза главного героя: «Я всего лишь самый обычный актёр!».

Новый свет

По причине характерной для фильма манеры повествования, включая изменения в ансамбле фигур и измененный процесс действия, фильм Иштвана Сабо достаточно точно передаёт эстетику фашистской культуры и идеологию её носителей. Таким образом, с помощью фильма можно по-другому посмотреть на роман и на его символическое содержание.

Клаус Манн сам говорит о «символе» Хёфгена. Символ всегда имеет реальный прототип. На кого же ссылается здесь этот «символ»?

Воплощённая Клаусом Марией Брандауером загадочная фигура Хёфгена, символизирует таинственную связь якобы «чистого» искусства и политического оппортунизма, которые сильно влияли на находящихся в поиске деятелей исскуств Веймарской республики.

Клаусом Манном движет тема созданного властью соучастника, одаренного оппортуниста, который в эпоху нацизма, например, трактует и ставит на сцене Шекспира как народного поэта; и такой соучастник напоминает Вильгельма Фуртвенглера, Рихарда Штрауса, Лени Рифеншталь, Амо Беркера и Генриха Георге. Это заставляет вспомнить о Бертольде Брехте, который в 1933 в своем «Открытом письме актеру Генриху Георге» писал: «Таким талантам даже не нужно лгать: легко вдохновляемые, они пригодны для любых перевоплощений, которые никогда не затрагивают ни их интеллекта, ни мастерства, ни чувства ответственности».

Наконец, Клаус Манн раскрывает при помощи фигуры Хёфгена, олицетворяющей фашизм, иллюзорность фашистской культуры, которую он описывает в понарамном эпилоге романа. О Хёфгене в романе говорится: «признайтесь, он неплохо вписывается в это общество, в нем есть фальшивое достоинство, цинизм и дешевая чудовищность».

Роман о Грюндгенсе?

«Я попробую объяснить его ужасное тщестлавие его же комплексом неполноценности, причины которого отчасти социальные, а отчасти эротические. В связи с этим история его брака занимает очень значимое место». Так пишет о главном герое Клаус Манн в предисловии к своему роману, который выходит в 1936 году в Москве в издательстве в изгнании «Дас Ворт».

Безусловно, Генрих Хёфген имеет черты бывшего шурина Клауса Манна Густава Грюндгенса (1889-1963). Грюндгенсу удалось гениально сыграть в 1932 роль Мефистофеля на сцене «Берлинского государственного театра». После этого блистательного успеха, по протекции министра внутренних дел Геринга, он был назначен в 1934 году интендантом государственных театров. До этого он уже сделал карьеру в кино, в частности, в роли Гаунербоса в фильме Фрица Ланга 1930 года «М» – город ищет убийцу» (Это обыгрывает Клаус Манн в фиктивном названии фильма «Держи вора!»). Позднее он снимался в «Пигмалионе» (1935) в постановке Эриха Энгеля.
Долгое время Грюндгенс жил со слугой и собакой рядом с Райхсканцлерплатц, которая в 1933 году была переименованна в Адольф-Гитлер-Платц, сегодняшней Теодор-Гойсс-Платц, на улице Бредтшнайдерштрассе, но там он чувствовал себя неуютно. Его успех способствовал переезду: уже в год передачи власти Адольфу Гитлеру, Грюндгенс купил себе средневековый особняк в роскошном районе Цеезен.

И всё же, «Мефисто» - это не роман о Грюндгенсе, несмотря на все совпадения со сценической и кинематографической карьерой Хёфгенса, его близости к Третьему Рейху, его успеха и брака, подробно описанного Клаусом Манном в другом романе, - «Встреча в бесконечности» в 1932 году. В 1926 году Грюндгенс обручился с Эрикой Манн, на которой впоследствии был недолго женат, перед тем как он женился на актрисе Марианне Хоппе в 1936 году. «Нет, эта книга не написана против кого-то одного», - подчеркивает Клаус Манн, - она против всех: против карьеристов, против немецкой интеллигенции, которая продала и предала свою душу. То, что он талантлив лишь усугубляет ситуацию. Хёфген, тип Хёфгена, символ Хёфгена, – отдает в распоряжение кровавой власти свой великий талант. Ради пропагандистских целей дьявольского государства, он цинично предает свое творчество, которое могло бы быть гениальным, если бы обладало моралью и чистотой».

Автор одновременно подчеркивает, ссылаясь на написанный в 1935 году роман о Чайковском: «В этой книге, которую я только что закончил, – «Мефисто», роман об одной карьере», – гражданское общество играет свою роль. Оно стало кровожадным, оно выродилось в фашизм... Сравните уютные вечеринки с домашним музицированием и умными разговорами, которые я пытался описать в «Патетической симфонии», с брутальной и провокационной помпой на баллу в оперном театре в день рождения прусского премьер-министра в «Мефисто»».

«Комедиант» Хёфген становится символом «комичного, глубоко ненастоящего и лживого режима. Актёр достигает триумфа в государстве лжецов и контролеров», так описывает его Клаус Манн. Эта идея продолжает жить и развивается в сценических коллажах, которые в 1979 году создала Ариане Мнушкин в «Театре дю Солей» в Париже, по мотивам романа «Мефисто»; в режиссёрской работе 2009 года Тома Ланойсев «Мефисто навсегда», в «Театре имени Максима Горького» в Берлине.

Таким образом, роман Клауса Манна «Мефисто» можно охарактеризовать как оппортунистическую самоинсценировку внутри театрального властного проекта немецкого фашизма – властного проекта, который в итоге был готов идти по трупам.

В пользу этой трактовки говорят слова автора в романе: «В то время как культурный ареопаг собирал грустные товарищеские вечера, в это же время «великие» люди страны в залах гостиниц раздавали дары нуждающимся «народным товарищам», на которые финансировалась пропаганда Третьего Рейха за границей. В то время как люди праздновали свадьбы, пели и говорили речи, милитаристский капиталистический диктаторский режим продолжал свой путь, на обочине которого громоздились трупы».

Оппортунизм и повиновение

В образе фашизма, созданном изгнанником Клаусом Манном, есть еще одна актуальная проблема. В своей аннотации он пишет: «Я стараюсь показать, почему ставшие «мефистофелями» маленькие люди, должны были стать большими предателями». Фигура фашистского последователя Ганса Микласа (который в фильме играет ученика Фауста) символизирует существующий романтично-антикапиталистический импульс, который объединяется с кровожадной верой в чистоту расы и революцию идеализма».

Маленький человек показан как большой предатель. Клаус Манн следует распространенному в кругу интеллигенции образу немецкого фашизма, который на словах апеллирует к рабочим и крестьянам, но на деле выражает мысли и чувства среднего класса. Современники, такие как Эрнст Блох (в «Наследстве этого времени», 1935) и Зигфрид Кракауер (в своём памфлете «Масса и пропаганда», 1936) тоже придерживались такого же мнения.

Противоположную позицию декларирует вышедший через год после «Мефисто», так же изданный «Куеридо» в Амстердаме, роман «Спасение» Анны Зегерс. Его персонажи, прежде всего пострадавшие в результате мирового финансового кризиса пролетарии, показаны потерянными и отчаявшимися, с неуравновешенной психикой и непредсказуемым поведением, напоминающие образы в картинах Макса Бекмана или Георга Гросса. Свою повседневную жизнь они воспринимали как постоянные удары судьбы. Из-за постепенного превращения безработицы в принудительные работы, они становятся причастными, зачастую паталогичными объектами новых демагогов в лучезарном нацистском аду. «Только так. Место еще есть. Садись, камрад!» Такие призывы обращены к пролетарию в кабаке. Для него уже готова коричневая униформа. Зегерс описывает потрясения в социальном сознании.

Каждую из этих символических фигур времен нацизма, будь то эстетствующий оппортунист Клауса Манна или растерянный и купленный пролетариат у Анны Зегерс, - нужно воспринимать так, чтобы при этом не забывать о других.
 

31 Октябрь 2011

Комментарии
Новоселов Владимир  |  01 Ноябрь 2011 в 05:43
Для соотечественников более важными являются другие проблемы: "Русский вопрос", "Национальная идея","Пути и средства смены власти", "Идеологическая война", "Духовная культура" и т.д.Читателю было бы интереснее подискутировать на эти темы.


Имя
Email
Комментарий
Введите число
на картинке
 



В рубрике
ФИЛОСОФИЯ ИСТОРИИ МАРКСА И СОВРЕМЕННЫЙ ГЛОБАЛЬНЫЙ МИР
СМЕРТЕЛЬНО ОПАСНОЕ НЕПОНИМАНИЕ
РОСКОСМОС В ПОИСКАХ ЧЕРНОЙ КОШКИ
НЕУДАЧА РОССИИ ГРОЗИТ ОБЕРНУТЬСЯ БЕДОЙ ДЛЯ УКРАИНЫ

Новости
13.12.2018 Франция собралась отложить намеченное на 2019 год снижение корпоративного налога
13.12.2018 Новак назвал политическим давлением призыв Европарламента блокировать "Северный поток 2"
13.12.2018 Британские депутаты-консерваторы в среду проведут голосование о доверии Терезе Мэй
11.12.2018 Меркель заявила, что Глобальный договор о миграции отвечает интересам Германии
10.12.2018 Блок действующего премьер-министра Армении победил на выборах в парламент

Опрос
КАК ВЫ ОТНОСИТЕСЬ К ПОВЫШЕНИЮ ПЕНСИОННОГО ВОЗРАСТА?





Результаты прошедших опросов

2008-2009 © Журнал "СОЦИАЛИСТ". Вестник института "СПРАВЕДЛИВЫЙ МИР"