все поля обязательны для заполнения!


 
ПРАЗДНИЧНЫЕ ДЕКЛАРАЦИИ О НАМЕРЕНИЯХ
ДМИТРИЙ ГАЛКИН
редактор отдела политики, политический аналитик

Шестого января Владимир Путин посетил в Санкт-Петербурге детский хоспис, где пообещал его основателю, протоиерею Александру Ткаченко, выделять ежегодно по 5 млрд. руб. на развитие паллиативной медицины. Рождественский визит российского президента в родной город использован для закрепления образа лучшего друга и надежного защитника всех обездоленных и нуждающихся в помощи (в первую очередь детей), на чем близкие к власти медиа делают акцент в последнее время. Безусловно, своих сограждан глава России собирается защищать не только от социальных бедствий, но и от внешних опасностей, для чего, в частности, добивается создания супероружия, призванного обеспечить России национальную безопасность.

Этот новый образ Путина имеет мало общего с его прежним стремлением предстать в качестве жесткого и решительного руководителя, видящего свою главную цель в том, чтобы вернуть России утраченное национальное величие. В своих последних выступлениях Путин практически не затрагивает геополитические проблемы — даже на ежегодной пресс-конференции 20 декабря ответы на связанные с этими проблемами вопросы представляли собой краткое изложение официальной позиции. В отличие от прошлых лет он воздержался как от запоминающихся шуток, так и от смелых заявлений, касающихся внешнеполитической сферы. Ни одного намека на внешнеполитические проблемы не было ни в новогоднем, ни в рождественском поздравлениях российского президента.

И это, безусловно, является крайне благоприятным признаком для Украины и Беларуси, которые — в соответствии с прогнозами многих экспертов — должны-де стать в наступившем году главным объектом российской экспансии. Однако, как можно понять, российский президент больше не собирается использовать внешнеполитические достижения для укрепления своих позиций внутри страны.

Соцопросы показывают, что граждан России интересуют исключительно внутренние проблемы. И политическое руководство страны вынуждено считаться с этим. Российская власть понимает, что при всем желании она не сможет воспроизвести ситуацию 2014 г., когда за счет активного вмешательства в украинские события удалось в условиях экономического спада обеспечить прочную социальную и политическую стабильность. Теперь давление на Украину (или на Беларусь) — сколь бы сильным и эффективным оно ни было — не принесет существенного повышения популярности российского лидера внутри страны, какие бы убедительные основания ни приводили СМИ в поддержку подобной внешней политики.

Это означает, что отношения с Украиной, Беларусью и другими постсоветскими государствами больше не являются в России фактором внутренней политики. И в этой связи возникает вопрос: готовы ли Киев и Минск к подобному изменению российского внешнеполитического курса?

Украинская внутриполитическая ситуация во многом формировалась под воздействием конфликта с Россией, который в ноябре минувшего года вследствие конфликта в Керченском проливе едва не перерос в открытое вооруженное столкновение между двумя странами. Беларусь во многом зависит от экономической поддержки со стороны России, которая теперь, после того как Кремль больше не усматривает практического смысла во внешней экспансии, утратила для него всякое значение.

Очевидно, что в такой ситуации политическая стабильность в Беларуси и Украине будет во многом определяться способностью государственного руководства замедлить перемены, вызванные снижением роли «российского фактора».  И новогодние поздравления Александра Лукашенко и Петра Порошенко создают ощущение, что они к этому в принципе готовы. Белорусский и украинский президенты сумели найти такие темы, которые позволят сохранить присутствие российской тематики в информационном пространстве и в политической жизни своих стран.

 

В ожидании перемен к лучшему
Для Александра Лукашенко такой темой, похоже, станет борьба за экономическую независимость и государственный суверенитет Беларуси.

Российское руководство ясно дало понять, что оно готово сохранить экономическую поддержку Беларуси в нынешнем объеме только в случае углубления экономической и политической интеграции двух стран. А это неизбежно потребует от Минска значимых уступок в пользу Москвы.

Это, разумеется, означает, что Владимир Путин будет жестко настаивать на том, чтобы Александр Лукашенко отказался от части своих властных полномочий в пользу межгосударственных структур. Но в условиях, когда российские интеграционные проекты больше не вызывают интереса у российской общественности, государственное руководство РФ готово оплачивать только те шаги белорусской власти, которые могут принести России практическую выгоду в оборонной сфере или в области экономики.

На подобные уступки Александр Лукашенко пойдет только в случае крайней необходимости, которой, по крайней мере пока, не наблюдается.

Однако российская позиция позволяет белорусскому президенту представить свое стремление сохранить в своих руках контроль над экономическим и политическим пространством страны как борьбу за белорусскую независимость. Это, впрочем, отчасти, справедливо. Но нужно учитывать, что подобный всплеск белорусского патриотизма у Александра Лукашенко вызван не столько наличием реальной угрозы для белорусского суверенитета со стороны России, сколько намерением Кремля резко сократить уровень экономической поддержки.

О необходимости заботиться о «родной Беларуси» Лукашенко упомянул даже в своем рождественском поздравлении. Но белорусский президент не может (подобно тому, как это делал Порошенко в 2015 г.) оправдать потребностями защиты государственной независимости резкое снижение уровня жизни, вполне возможное, если российская нефть, поставляемая на белорусские НПЗ, будет обходиться существенно дороже. Все-таки отношения между Беларусью и Россией никоим образом не напоминают российско-украинские противоречия.

Поэтому белорусский президент не ограничивается призывами сохранить независимую государственность, он подчеркивает важность сохранения мира и намекает на перспективу улучшения экономической ситуации. Хотя, нужно отдать Александру Григорьевичу должное, ему удается обойтись без прямых обещаний.

В своем новогоднем поздравлении белорусский президент не только обратился со словами благодарности ко всем, «кто создал на благодатной белорусской земле первое суверенное и независимое государство, продолжает творить его настоящее». Лукашенко поставил гражданам Беларуси в заслугу и то, что они «сохранили мирное небо», а «в глазах наших детей нет страха и безысходности от войны». Та значимость, которую белорусская власть придает своему отказу от участия в каких бы то ни было межгосударственных конфликтах, является надежным доказательством того, что полномасштабное военное столкновение между Россией и Украиной принципиально невозможно. Российские войска не смогут вести наступательные операции, если территорию Беларуси нельзя будет использовать для их переброски и снабжения. Александр Лукашенко в принципе не может согласиться на подобные действия, поскольку в таком случае он вынужден будет собственными руками разрушить то, что он в новогоднем обращении к белорусскому народу назвал «величайшей ценностью».

Нужно также заметить, что само предположение о возможном российском вторжении не учитывает реальные планы российского президента. Он явно не собирается воевать, поскольку в нынешней ситуации даже самые эффектные военные победы (за которые России, кстати говоря, придется заплатить резким усилением международных санкций) не вызовут общественного энтузиазма, хоть сколько-нибудь сравнимого с тем, что спровоцировало присоединение Крыма.

В новогоднем поздравлении Путина никак не упоминалась Украина, и не было ни малейшего намека на донбасский конфликт. Зато российский президент вновь призвал «решить немало насущных задач в экономике, науке и технологиях, в здравоохранении, образовании и культуре». Но главное, как он подчеркнул, «шаг за шагом добиваться повышения благосостояния и качества жизни», поскольку все граждане России должны «почувствовать перемены к лучшему». Отсутствие же подобных перемен российская власть больше не сможет компенсировать новыми внешнеполитическими достижениями.

 

Трезвые расчеты на предвыборное чудо
Но если российское руководство больше не собирается использовать тематику, связанную с расширением международного влияния России, и продвигать идеи «русского мира», то что же тогда будет делать Петр Порошенко?  Борьба с российским вмешательством помогала Петру Алексеевичу в чрезвычайно сложных социально-экономических обстоятельствах удерживать власть и сохранять политическое лидерство. Не случайно, что как только необходимость сосредоточения сил на противостоянии с Россией стала менее очевидной, внутриполитическое положение главы государства резко осложнилось. Теперь действующему президенту приходится всерьез бороться даже за возможность выйти во второй тур, в котором он вполне может проиграть своей основной сопернице — Юлии Тимошенко. Причем предотвратить ее выход во второй тур уже невозможно. Поэтому Порошенко не сможет избежать столкновения с противником, который находится в более благоприятных политических условиях и сумел получить доступ к значительным финансовым ресурсам.

Поскольку победу Порошенко может принести только чудо, он решил сотворить его собственными руками. В подобное чудо он превращает томос об автокефалии, который предоставил Константинопольский патриархат своей восстановленной украинской митрополии.

В этом событии, казалось бы, нет ничего особенно примечательного. Константинопольский патриархат, вступивший из-за противоречий по различным вопросам в конфликт с Московским, решил ослабить положение своего противника, создав собственную митрополию на территории, которую тот на протяжении определенного времени рассматривал как свою собственную. Воплощению планов константинопольского патриарха помогло обострение соперничества между Россией и Турцией. Руководство последней стремится продемонстрировать Кремлю, что может создать ему серьезные проблемы, если российская власть не будет считаться с турецкими интересами в Сирии. Поэтому возникновение у Константинополя собственной епархии на украинской территории хотя и соответствует интересам окружения украинского президента, но связано больше с межцерковными противоречиями или с российско-турецкими отношениями.

Но Порошенко полон решимости представить это событие чуть ли не поворотным пунктом в украинской истории, открывающим ее новый этап.

Свое рождественское обращение Петр Порошенко направил гражданам Украины из Фанара. Причем глава государства поздравил украинцев с двойным праздником, подчеркнув таким образом значимость получения томоса об автокефалии, которое было названо им «рождением независимой Православной церкви в Украине».

Легко понять, зачем Порошенко называет митрополию, входящую в состав Константинопольского патриархата, «независимой церковью». Но все эти риторические упражнения имеют смысл только в том случае, если значительная часть украинского общества поверит в то, что благодаря Петру Порошенко произошло событие, сравнимое по своей значимости с обретением Украиной независимости в 1991 г. (глава государства особо подчеркнул это в своем рождественском обращении). Если Петру Алексеевичу удастся сформировать соответствующие представления в украинском массовом сознании, то это действительно станет чудом, которое позволит ему сохранить свой нынешний пост.

Появление церковной структуры, находящейся уже вследствие самого своего существования в конфликте с Московским патриархатом, пользующимся покровительством российской власти, позволит украинскому президенту сохранять видимость жесткого противостояния с Кремлем и после снижения значимости российского фактора.
Этой же цели способствует и сохранение отдельных мер (вроде запрета на въезд в Украину российским гражданам мужского пола), принятых в период военного положения.

При этом снижение напряженности в отношениях с Россией позволит украинской власти продемонстрировать якобы стремление к миру, несмотря на то что Киев и Москва будут и дальше сопротивляться переходу к политическому урегулированию донбасского конфликта. Показательно, что о своем желании обеспечить в стране мир Порошенко упомянул в новогоднем обращении, поблагодарив при этом «украинских воинов», помогающих достижению данной цели.

 

 

Российский выбор и его украинские последствия
Российское присутствие на Донбассе долгое время помогало украинскому президенту выступать в роли миротворца, вынужденного заниматься укреплением обороноспособности страны, которая стала жертвой военной агрессии.

В свою очередь российское руководство могло с выгодой для себя преподносить действия украинской власти в военной сфере в качестве непосредственной угрозы для жителей Донбасса, нуждающихся в российской поддержке и защите. Вне зависимости от того, насколько обоснованными были подобные заявления российской власти, в нынешней ситуации они утратили для нее какой-либо практический смысл. Российские граждане, как показывают социсследования, больше не интересуются судьбой Донбасса, зато положение дел в собственной стране вызывает у них все большее беспокойство.

Поэтому если еще недавно Порошенко был для Кремля вполне приемлемой политической фигурой, помогающей власти оправдывать в глазах российских граждан свои действия на «украинском направлении», то теперь он превратился в явную проблему. Москва больше не заинтересована в сохранении напряженности, но она и не может просто «уйти» из Донбасса, поскольку это означало бы очевидное геополитическое поражение. И если внешнеполитические успехи больше не могут гарантировать сохранение социальной стабильности в России, то внешнеполитические неудачи вполне могут усилить массовое недовольство. Поэтому Кремлю теперь нужен во главе Украины политик, заинтересованный в поиске компромисса, с которым можно было бы договориться о взаимных уступках.

Кроме того, российская власть, судя по всему, окончательно осознала, что диалог с США и ЕС не удастся восстановить, не продемонстрировав предварительно свое стремление снизить напряженность в отношениях с Украиной. Поэтому нынешний украинский президент превратился для Кремля в препятствие решению важнейшей стратегической проблемы.

Это не значит, что российская власть решит сделать ставку на Юлию Тимошенко. Кремль, утративший в последние годы инструменты политического и информационного воздействия на украинское общество, не может оказать ей какую-либо помощь.

Но российское руководство не станет подыгрывать действующему президенту, усиливая военную напряженность на Донбассе или предпринимая какие-то действия, способные усилить межцерковный конфликт.

Кремль может также попробовать убедить американскую администрацию, заинтересованную в том, чтобы продемонстрировать реальные результаты своего давления на Россию, в том, что непременно попытается договориться с новым украинским лидером.

В таком случае Вашингтон вполне может отказать в поддержке Петру Алексеевичу, публично дав понять, что не станет закрывать глаза на использование административного ресурса и искажение итогов голосования.

И в этом случае стамбульское рождественское «чудо», на которое возлагает надежды Порошенко, ему уже не поможет. 

10 Январь 2019

Комментарии


Имя
Email
Комментарий



В рубрике
РОССИЯ И США ОТВЕТСТВЕННЫ ЗА ВСЕОБЩУЮ БЕЗОПАСНОСТЬ
РОССИЯ МОЖЕТ СТАТЬ ВЕДУЩИМ "ЭКСПОРТЕРОМ" БЕЗОПАСНОСТИ
ИНДУСТРИЯ СНА
ПАРЛАМЕНТСКИЕ ВЫБОРЫ В ГРЕЦИИ: ПАРТИЯ ЦИПРАСА УСТУПАЕТ КОНСЕРВАТОРАМ

Новости
19.08.2019 Associated Press узнало о тайных переговорах США с лидером социалистов Венесуэлы
19.08.2019 Французские профсоюзы требуют отменить реформу страхования от безработицы
19.08.2019 Немецкие социал-демократы вступают в предвыборную гонку
19.08.2019 Протесты в Гонконге собрали сотни тысяч участников
17.08.2019 ООН: Каждый десятый ребенок в мире находится в трудовом рабстве
17.08.2019 Правительство и оппозиция Венесуэлы возобновят переговоры в Норвегии

Опрос
СЧИТАЕТЕ ЛИ ВЫ, ЧТО СЕСТРЫ ХАЧАТУРЯН ДОЛЖНЫ БЫТЬ ОПРАВДАНЫ?





Результаты прошедших опросов

2008-2019 © Журнал "СОЦИАЛИСТ". Вестник института "СПРАВЕДЛИВЫЙ МИР"